Картофелезамещение, или способна ли Россия обеспечить себя картошкой

Чтобы ответить на этот вопрос, корреспондент "КП" Алексей Овчинников отправился в глубинку, где фермеры выводят новые сорта «самого русского продукта»

«Вот завтра нам перестанут семена картофеля поставлять супостаты и что мы будем делать, чем будем людей кормить?» – распекала чиновников в конце прошлого года спикер СовФеда Валентина Матвиенко.

С введением новых санкций против России вопрос лишь усилился: действительно чем, если большинство семян-то — иностранные? Вот возьмут и прикроют эту лавочку из вредности и что? Семена той же картошки, например, почти на 90 процентов зарубежные. При этом, по отчетам, селекционеров достаточно и в своем Отечестве.

Но что же им мешает импортозаместить семена? За ответами на эти вопросы спецкорр «КП» отправился в тульскую глубинку, где отец и сын Березовские уже много лет занимаются разведением элитных семян картофеля и выводят новые сорта, по всем параметрам бьющие зарубежные образцы.

«АЖИОТАЖ. САНКЦИИ ПОВЛИЯЛИ?»

… Грузовики друг за другом проезжают мимо поселка Михайловский и, следуя самодельному указателю с соблазнительной надписью «Картофель», сворачивают к полукруглому ангару на околице.

– В этот — 8 тонн «Жуковского», в тот — 10 «Венеты», в тот – 10 «Метеора», – командует запыхавшимися мужиками девушка-бригадир, озвучивая заказанные сорта, и те шустро набивают кузова пыльными мешками. Погрузка идет непрерывно, рабочие лишь иногда останавливаются на короткий перекур и идут грузить очередную машину.

География покупателей, судя по номерам, весьма обширна — в очереди стоят вологодские, ростовские, рязанские, подмосковные авто, а этот прибыл из Брянской области. Странно, учитывая то, что Брянщина считается неофициальной картофельной столицей страны.

– Видать, не нашли в своем краю производителей семян, вот и приехали, – подходит глава КФХ «Егорша» Валерий Березовский и ведет меня в ангар. Там тоже вовсю кипит работа: молодые парни и девушки под музыку с мобильника фасуют клубни по мешкам. Поговорить с Валерием Ивановичем без пауз не получается — ему постоянно звонят с одним и тем же вопросом: остались ли семена?

– Санкции, что ли, так повлияли? – После ответа очередному заказчику гадает фермер. – Еще неделю назад ангар полный был, около 250 тонн, сейчас треть осталась, ажиотаж прямо на нашу картошку. Причем, на отечественные сорта, например к сорту «Голубизна» снова интерес проснулся, до 50 тонн с гектара убрать можно, а еще она вкусная и рассыпчатая. А скоро займемся размножением нашего собственного сорта – «Михайловский», который назвали в честь поселка. Сын с коллегами вывел! Сейчас сорт государственные испытания проходит! Егор вам лучше расскажет.

«ОТДАЕМ СЕКРЕТЫ, ЕЩЕ И ДЕНЬГИ ПЛАТИМ»

Собственно, идея заниматься не просто выращиванием продукта, а размножать именно элитные семена картофеля, и принадлежала Егору. Когда в 90-х его отец, подполковник ВВС, вышел в отставку, вместе с супругой переехал в эти места и создал КФХ, Егор стал помогать родителям. И так втянулся, что закончил Тимирязевскую академию, стал кандидатом сельскохозяйственных наук и какое-то время даже возглавлял полевую станцию при аграрном вузе.

– Сейчас испытания «Михайловского», потом, если попадет в реестр селекционных достижений, то ускоренное размножение в пробирке, потом лет пять на размножение, – объясняет долгий путь нового сорта к потребителю Егор Березовский. – Один новый сорт, ничем не уступающий иностранным, «Варяг» (в Госреестр селекционных достижений вошел в 2018 году), будет доступен производственникам в виде элитных семян в уже этом году. Пять лет назад мы рискнули и стали размножать, проходить путь от пробирки до элиты параллельно с госиспытаниями – это ускоряет процесс, но в случае непопадания сорта в реестр приводит к большим издержкам.

Он с азартом рассказывает о хитростях выведения сортов, о том, как клетки картофеля сначала внимательно изучают в лабораториях, убирая вирусы и вырабатывая устойчивость к болезням, и дальнейшей длинной цепочке к полю. О том, что семеноводство в нашей стране долгое время держалось лишь на энтузиазме. И вздыхает, говоря о парадоксальной системе, которая не позволяла развивать отрасль.

– Сорт, как мы говорим, рождается три раза. Первый – когда ученый нашел интересный образец и поработал с ним. Второй — когда сорт проходит испытания и попадает в реестр селекционных достижений. Третий — когда налажено семеноводство в хозяйствах, в которых идет его тиражирование. И вот если с первой и второй частью у нас все хорошо, то с третьей – не очень.

– Почему? Самое трудное-то позади: вывели, зарегистрировали, теперь только размножай и продавай фермерам!

– Потому что отчетом о проделанной работе, за которую селекционерам платят деньги, являются не гектары с размноженными семенами, а количество написанных статей. И вместо того, чтобы тиражировать и контролировать сорт, ученый занимается бумажной работой. Мало того: он пишет статьи, в которых раскрывает свои селекционные секреты и платит за это иностранным научным журналам. Абсурд! Где-то вычитал — наши ученые за это около 10 миллиардов рублей ежегодно отдавали. А иностранцы в это время завоевывали рынок семян страны.

СЕЛЕКЦИЮ УБИВАЛИ ПО ЗАКОНАМ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ

Долгое время ответственные чиновники, объясняя анабиоз отечественной селекции и успешность иностранцев, называли две причины: низкая конкурентность российских сортов и отсутствие должной материально-технической базы у наших фермеров, в то время как у иностранцев все наоборот.

Однако знающие люди неоднократно указывали на некое лукавство таких заявлений. Что названные недостатки (хотя аргумент про качество российских семян весьма спорен) – лишь видимая часть огромного вопроса, и многие явления чиновники в отчеты стараются не включать.

Например, правила игры, которые устанавливали на нашем рынке иностранные семенные компании. В этом смысле ничего нового они не изобрели, все по принятым в «цивилизованных странах» законам экономической войны. Атака во многом была похожей на продовольственную, когда завозили в Россию сухое молоко или «ножки буша», которыми какое-то время торговали себе в убыток. Одновременно с этим внимательно отслеживали статистику гибели наших ферм и птицефабрик, чтобы потом вздуть цены: хотите отечественное — ищите.

Примерно то же самое, как вспоминают ветераны семеноводческой отрасли, происходило и с российской селекцией, которая, оставшись без господдержки, не могла конкурировать с импортом. Дождавшись резкого сокращения отечественных семян на рынке, цены на импорт поднимали до нужного уровня, который с лихвой перекрывал прежние демпинговые убытки.

В ход пускали все. Часто аграриям предлагалась большая скидка, но с обязанностью на следующий год купить семена у этой же компании. А чтобы не дать самостоятельно размножить сорт, хорошо потрудились генетики: собранные семена через какое-то время резко теряют всхожесть, схитрить не получиться.

При этом многие отмечают, что иностранцы вовсю внедряли сорта под требования торговых сетей – калиброванные, аккуратные плоды и овощи. Не беда, что на вкус они травянистые, главное, чтобы на полке красиво лежали…

Параллельно с этим выстроили действительно классные логистические цепочки по продаже семян: за нашими надо было куда-то ехать, что-то там сертифицировать, подтверждать… С импортом другое дело: один звонок, и сами все привезут прямо в поле. С уже оформленными документами, агрономическими рекомендациями, соответствующими удобрениями и средствами защиты растений. И это касается не только самих семян, но и всего, что связано с их производством, включая удобрения и технику.

БЫЛ ЗАВОД, И НЕТ ЗАВОДА

– На Дмитровском шоссе был Московский завод опытных конструкций, который создавал уникальную селекционную спецтехнику, – продолжает Егор Березовский. – И где он теперь?

– Где?

– На его месте жилой микрорайон стоит, и у нас теперь нет ни одного отечественного селекционного комбайна, все машины импортные. Пытались в Ростове наладить совместное предприятие, но судьбу проекта не знаю. На фоне санкций и подорожания евро это может стать громадной проблемой. И у тех, кто производит продовольственный картофель, та же головная боль — не хватает картофелеуборочных комбайнов.

– Наши не делают?

– Почему – делают, – добавляет отец селекционера. – Но недостаточно. И потом – видел, в магазинах картошку с порезами? Скорее всего, нашей техникой убирали, повреждает она клубни. Может, хоть теперь и наши начнут такую делать — импортное же все дорогим стало, да и не довезешь.

Я смотрю на картофельный ангар, у которого загружается очередная машина, и зачитываю Егору еще одно заявление, сделанное не так давно в том же Совете Федерации – ситуация с самообеспеченностью семенами картофеля «близка к катастрофической». Тревожно.

– Пока нет, – говорит он. – Ведь большинство иностранных компаний, чтобы не связываться с преодолением границы, давно наладили производство семян в России. Если считать самообеспеченность с ними, то не очень катастрофично все. А вот если они уйдут с нашего рынка, забрав, в том числе, технику, оборудование и материал, то возникнут проблемы.

Поэтому нужно уже сейчас заново выстраивать всю систему семеноводства. Деньги ученым надо давать за гектары, на которых происходит размножение, создавать опытные хозяйства, специальную селекционную технику. Главное — желание со стороны государства.

– А чувствуется это желание?

– Слава Богу, в последнее время ситуация немного поменялась, мы, например, попали в госпрограмму импортозамещения, когда на каждый затраченный рубль государство дает еще один, и сейчас те отечественные сорта, которые мы по программе размножаем — очень конкурентоспособные, они красивые, хорошая форма, вкусовые качества классные, хорошо хранятся, по урожайности не уступают иностранцам.

Но нужно больше таких проектов, может, быть, на рубль затрат давать два, а то и три рубля. Особенно – небольшим опытным хозяйствам. Как раз они могут дать рывок, потому что, как правило, удалены от крупного товарного производства, а, значит, их семена будут наиболее защищены от вирусов – та же тля, например, разносит вирусы на 20 километров (поэтому мы так далеко и забрались).

У нас много талантливых ребят и предпринимателей, которых меры господдержки очень сильно подстегнут к развитию и ситуация в корне изменится.

kp.ru

One Response to "Картофелезамещение, или способна ли Россия обеспечить себя картошкой"

  1. Я   2022-03-31 at 15:37

    У меня свой огород. Картошки хватает. И поэтому я не покупаю в магазине ее. Тем самым, не спонсирую предателей или врагов народа, или иностранные компании, или барыг, или всё вместе. И вам советую огороды держать. Чай не в пустыне живем. Стыдно такие статьи писать и на такие темы рассуждать.

    Ответить

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован