Как я переписывал страну: В квартиры заходить нельзя, а хоббитами называться можно

Спецкор kp.ru Олег Адамович провел день с переписчиком населения России и увидел всю непарадную сторону этого действа во время пандемии

Официально перепись началась в России в прошлую пятницу. Но живые переписчики пошли только в понедельник

УЧАСТНИК ПОНЕВОЛЕ

Официально перепись началась в России в прошлую пятницу, 15 октября. Но живые переписчики – по крайней мере в Москве – пошли только в понедельник, 18-го. Мне все хотелось посмотреть, как процесс идет по-настоящему. И тут удачно звонит мой школьный друг Миха, работающий сейчас в городской коммунальной службе (свое настоящее имя и фирму Миха по просьбам своих коллег, зависящих от начальства, попросил не называть).

– Представляешь, меня переписчиком сделали! Только в субботу узнал, что в понедельник надо начинать. Говорят, людей не хватает.

– Ого, а вам объяснили, что делать-то надо?

– Мне – нет. Последний инструктаж был в пятницу, а тогда меня еще в переписчики не назначили.

Я встретился с Михой около участка переписчиков, открытого в районном совете ветеранов. Фирменная синяя сумка с надписью «Росстат» уже у друга на плече. Внутри лежит стандартный набор: шарф, жилетка, тюбик с гелем-антисептиком (пахнет на удивление приятно) и компьютер-планшет неизвестной фирмы Aquarius.

Планшет включается и работает, но выглядит жутко дешево. Пластик самый кондовый, винтики, которые обычно утоплены в корпус, тут выпирают… Только я хотел поругать это китайское барахло, как увидел на задней стенке наклейку «Сделано в России». О! Это все объясняет. Да прекрасный же, если приглядеться, аппарат! Супер.

– Только не урони, – просит Миха. – Я за него отвечаю, он то ли 21, то ли 23 тысячи стоит.

ВСЕ ДЕЛАЕМ НА УЛИЦЕ

Какие дома надо переписать, Миха не знает, поэтому за инструктажем идем к старшему на участок. В маленькой комнатке совета ветеранов на стене фотография молодого Путина и стенгазета про освоение безвоздушного пространства в советское время.

– Нужные адреса будут в планшете, когда ты войдешь под своим паролем. В твоем доме есть две опасные квартиры, опрашивать их жителей запрещено. Про одну нам полиция сообщила, про вторую – местные слесари, – объясняет старший.

– Почему квартиры опасные? – спрашиваю я.

– Да бог его знает. Может, наркоманы живут, может, уголовники. Вы действительно хотите это проверить?

Я не хотел.

– И самое главное: в подъезды заходить ни в коем случае нельзя, в квартиры тем более. Стойте во дворе и переписывайте всех проходящих мимо жильцов на открытом воздухе. Коронавирус! Рисковать нельзя, – грозно предупредил инструктор.

В синей сумке у Михи нашлась безразмерная фирменная маска переписчика. Друг надел ее и стал похож на пуделя в наморднике волкодава. Нам объяснили, что маску носить надо обязательно, но так как она всего одна, то ее вечером следует стирать, чтобы утром была не заразная.

– Не дождетесь, – тихо буркнул Миха, чтобы не услышали остальные.

«ПОНЯТНО, МОШЕННИКИ…»

Идем к первому дому, который надо окучить. По плану за месяц каждый переписчик должен охватить 500 человек. Мне поначалу кажется, что участие в таком большом деле – классное приключение, о котором будет весело вспоминать.

– Это тебе приключение! – не разделяет моего оптимизма Миха. – Потому что ты со мной только один день. Сам смотри: у меня рабочий день с 8 до 16 будет, а с 16 до 20 – обязательное участие в переписи. Еще все выходные надо тратить на это. Вот и выходит, что я месяц буду по 12 часов в день пахать ради доплаты в 16 тысяч рублей…

Нам достался высокий одноподъездный дом. Раз уж внутрь заходить нельзя, ждем снаружи. На друге положенный жилет и фирменный шарф. Хорошо еще вечер выдался сухим. В остальные дни по прогнозу – снег с дождем…

А вот и первый клиент – бабушка с сумкой-тележкой заворачивает к подъезду. Она охотно соглашается переписаться.

– Я по телевизору видела, что у переписчиков должны быть удостоверения, – заметила бабушка.

Его у Михи нет, в первый день их еще не успели всем оформить.

– Понятно, мошенники, – авторитетно заявила бабуся. Но, похоже, ей было так скучно (или мы показались «вызывающими доверие мошенниками»), что она махнула рукой: – Ну ладно. Переписывайте.

Миха с энтузиазмом включил планшет, но тот упорно не хотел искать квартиру бабушки. Этот компьютер вообще из 98 квартир в доме видел только 10. Пока мы сообща пытались понять, что пошло не так, пенсионерка ушла. Оказалось, Миха еще на участке перевел планшет в тестовый режим, но так его и не отключил. Ничего, приспособится…

Ждем дальше. Жители дома снуют мимо, игнорируя наши призывы. Как будто мы не переписью занимаемся, а страховку впариваем. Я даже попробовал сам переписать трех узбекских дворников, те с усмешкой заявили: «Какая перепись? Мы дворники. Дворников не переписывают».

– Слушай, пошли по квартирам. Мы за час стояния ни одного человека не опросили, – не выдерживаю я.

– Не надо! На инструктаже ведь сказали – коронавирус…

Спецкор «КП» провел день с переписчиком населения России и увидел всю непарадную сторону этого действа во время пандемии

ОПРОС – ДЕЛО ДОЛГОЕ

Только через час и сорок минут, когда руки и уши начали откровенно мерзнуть, нас пожалела женщина с маленьким ребенком: «Так и быть, переписывайте, если быстро».

Тут-то и возник затык. Я понял, что перепись – это реально долго. Один человек отвечает за всю квартиру, которую надо переписать. А на каждого жителя требуется минут по 10 – 15! В квартире тетеньки оказалось 5 человек…

– У вас есть дополнительное жилье? – Миха задал уже 15-й вопрос.

– Дом в Химках.

– Отлично. Район, адрес, площадь дома, сколько комнат…

– Боже, сколько вопросов. Давайте напишем: нет у меня другого жилья.

Миха задумался. А ребенку от переписи стало скучно. Он пошел тыкать в домофон, потом начал бегать вокруг нас, а в конце стал проситься в туалет.

– А давайте по-быстрому, мне бежать надо, – заявила женщина минут через 25 с начала опроса, как раз когда дошли до третьего члена семьи.

Делать нечего – пришлось включать режим «по верхам», не вдаваясь в размер квартиры, образование и другие мелочи. И на вторую половину семьи ушло уже минут 5.

Оптимизация Михе понравилась, и в следующие разы он сразу людям намекал: ведь второго жилья у вас нет? И владения иностранными языками нет? Потому что (как и с дополнительным жильем) тогда начиналась уйма дополнительных вопросов – какие именно языки, степень владения, часто ли используются и так далее.

– Ой, да я вообще про себя в переписи на «Госуслугах» уже все указал, – огорошил нас с Михой еще один житель дома, с виду студент. – Что у меня национальность хоббит, а душ на улице.

– Но ведь это неправда! – отчаянно заорали мы.

– А кто проверять будет?

На прошлой переписи действительно тысячи людей назвали себя… эльфами. Эксцессы, однако.

За три с половиной часа мы с Михой досконально смогли опросить троих. Но в общей сложности переписали 11 человек, так как первые трое рассказали о своих домочадцах.

Выборка, конечно, небольшая, но вот что я заметил:

– мужчины переписываться не хотят категорически;

– на опрос соглашались одни женщины;

– пенсионеры идут на контакт охотнее.

– Я не понимаю, как ты за месяц перепишешь 500 человек! – говорю я Михе. – Ладно, сегодня сухо. А как 20 или 40 минут опрашивать под дождем, когда люди бегут по делам или уже домой хотят? Тут или по старинке не спеша по квартирам ходить, чай с жильцами пить, или никак.

– Да я тоже уже об этом думаю. Ничего, пока похожу по домам, а там посмотрим…

ПОДОЖДАТЬ БЫ ЕЩЕ ГОД, КОГДА ВИРУС УЙДЕТ

Каждый опросный день заканчивается на переписном участке. Надо прийти с планшетом, передать данные на компьютер старшего, а потом запереть оборудование в железном шкафу.

Перед уходом старший участка с грустью предложил мне самому поработать переписчиком.

– Там все просто. С вами от имени Росстата заключается договор, мы вам в тот же день дадим все необходимое. Научим. А то людей мало.

Я сделал вид, что думаю, а потом отказался.

Все-таки перепись либо надо было делать целиком цифровой, либо подождать еще год, пока вирус уйдет.

ЛИЧНЫЙ ВЗГЛЯД

В советские годы хоть портфели давали

А еще я узнал, что если сейчас народ не рвется работать на переписи, то в 1939 и 1959 годах от желающих, наоборот, отбоя не было. Особенно на селе. Переписчики ведь получали солидный портфель, который в конце можно было оставить себе. Вот за портфелями и шли. Десятилетиями портфели в деревнях были только у начальства, простому человеку его и взять было негде. А тут шикарный атрибут власти давали на халяву.

Сейчас весь пряник – фирменный шарф и 16 тысяч рублей. За честную кропотливую работу маловато.

ВЗГЛЯД ЭКСПЕРТА

Давно пора считать людей не по-советски, а по-компьютерному

О том, что переписчики населения уже в ближайшие годы перестанут ходить по домам, а государство будет черпать информацию о народе из своих компьютерных баз, «КП» рассказал экономист и политолог Георгий БОВТ:

– Перепись в классическом виде – с людьми, которые ходят по квартирам с опросными листами, – себя, конечно, изжила. Есть множество баз данных – у налоговой, Пенсионного фонда, МВД – с информацией о жителях. Достаточно проанализировать их, чтобы почти все узнать о народе.

На Западе так и начинают делать – все основные статистические сведения собираются дистанционно при помощи компьютеров. Думаю, нас это же ждет в ближайшие годы.

К тому же перепись в традиционном понимании, какой она была в советское время, особенно неуместна во время пандемии. Риск заражения – еще один аргумент в пользу цифрового сбора информации.

В принципе такая система может появиться в России в считаные месяцы. В середине мая 2021 года правительство приняло постановление о создании Единой информационной платформы национальной системы управления данными. Она должна заработать уже до конца года.

ЦИТАТА

«Речь идет о создании платформы, которая объединит информацию из множества государственных систем, реестров и баз. Она в том числе систематизирует данные Единого государственного реестра юридических лиц, Единого государственного реестра недвижимости, Государственного реестра транспортных средств, Пенсионного фонда», – говорится на сайте правительства. Оператором платформы назначено Минцифры.

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

Жизнь сильнее любых баз данных

А вот профессор социологического факультета МГУ Александр СИНЕЛЬНИКОВ считает, что перепись пока заменить нельзя:

– Понимаете, есть сведения, которые плохо отлавливаются по базам: образовательный уровень, знание языков, состояние в браке, полные или неполные семьи. Или, например, данные о фактическом проживании людей – есть МВД и списки прописанных. Но ведь многие живут не по прописке.

Государству это все надо знать, и самый лучший способ выяснить – прийти и опросить на месте. Да если бы развитие московского общественного транспорта планировали только с учетом людей, которые официально зарегистрированы в столице, ездить на метро или в автобусах было бы невозможно!

Конечно, могут быть неточности, из-за того что все заполняется со слов людей. Например, у нас все последние переписи показывают, что в России живет больше замужних женщин, чем женатых мужчин. Но это уже детали. Полноценно заменить перепись электронные базы пока все-таки еще не могут.

Олег АДАМОВИЧ

kp.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован