Зачем в российских школах нужны тьюторы

Как новая специальность может изменить отечественное образование

Развитие инклюзивного образования в Минпросвещения называют одним из приоритетных направлений. Сейчас, по оценкам ведомства, обучаться инклюзивно могут до половины всех детей с ограниченными возможностями здоровья или инвалидностью.

Сложности с обеспечением доступности такого образования связаны не только с необходимостью физически адаптировать среду, но и с нехваткой профильных специалистов. В том числе тьюторов — представителей новой профессии, появившейся в России несколько лет назад.

Об их задачах и особенностях подготовки, о том, как они могут повлиять на всю образовательную систему в целом, а также о трудностях, с которыми сегодня сталкиваются те, кто нуждается в инклюзии, — в материале «Известий».

Отсутствующий тьютор

Повышение доступности инклюзивного образования для детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) или инвалидностью в Минпросвещения считают одним из приоритетных направлений для дальнейшей работы — наряду с развитием инфраструктуры и профессиональной подготовкой учителей

. Об этом в конце минувшей недели заявил первый заместитель главы ведомства Дмитрий Глушко. По его словам, обучаться инклюзивно, посещая общеобразовательные учреждения, сегодня могут около 50% таких детей.

«И нам нужно продолжать эту работу для того, чтобы вне зависимости от группы здоровья, состояния здоровья ребенок мог выбирать формы обучения такие, какие ему удобны, комфортны, а самое главное — дают позитивный эффект», — отметил он, выступая на форуме «Формула образования».

Право на доступное образование для всех, в том числе по выбору родителей ребенка, в общеобразовательных, а не коррекционных школах, закреплено в законе «Об образовании» с 2013 года.

Помимо физической доступности среды инклюзивное образование также предполагает наличие в школах профильных специалистов, способных оказать ребенку квалифицированную помощь в освоении программы, а главное — помочь выстроить образовательный процесс таким образом, чтобы и он, и другие дети могли получить от этого процесса максимум.

В России таких специалистов не хватает. Так, 39% работников школ и детских садов заявили, что полноценной работе с детьми-инвалидами мешает отсутствие специалистов для сопровождения таких детей, в образовательных организациях нет тьюторов, психологов и других специалистов, свидетельствуют данные исследования группы сервисов «Актион Образование» (входит в медиагруппу «Актион-МЦФЭР»), которые были опубликованы «Известиями» в начале апреля.

Еще в 9% школ и 6% детских садов сочли, что наладить качественное инклюзивное образование им мешает недостаточная квалификация учителей и воспитателей. Указывается, что они просто не готовы к работе с детьми с особыми возможностями здоровья.

На отсутствие доступной среды (пандусов, лифтов, достаточно широких проходов и т.д.) сослались в трети (29%) детских садов и 17% школ.

Редкий вид

В 2019 году Всероссийская организация родителей детей-инвалидов (ВОРДИ) опубликовала результаты собственного исследования доступности образования для детей с инвалидностью или ограниченными возможностями здоровья. Исследование проводилось в 70 субъектах, в нем приняло участие около 6 тыс. участников.

Большинство (73,5%) родителей детей школьного возраста хотели бы, чтобы ребенок обучался в образовательной организации очно. Более трети (37,19%) из них предпочли бы инклюзивное образование в общеобразовательной школе, 45,8% — образование в коррекционной школе.

При этом из данных опроса следовало, что сейчас на дому по разным причинам проходят обучение 41,14% всех охваченных опросом школьников. 31,9% опрошенных отметили, что в образовательной организации это объяснили отсутствием квалифицированных специалистов. 12,8% сообщили, что в образовательной организации сослались на отсутствие необходимой архитектурной доступности.

Самым популярным (более 40%) ответом стал вариант «Другое», который, как следует из пояснений, также часто подразумевал отсутствие у педагогов возможностей или ресурсов для того, чтобы оказывать полноценную поддержку ребенку, которому по тем или иным причинам требовалось дополнительное внимание.

Среди специалистов, которых, по мнению родителей, не хватало в учебном заведении, чаще всего называли дефектолога (42,6%), специалиста по адаптивной физической культуре (37,3%), специалиста по прикладному анализу поведения (35,7) и тьютора (31,8%).

Большинство (60,9%) респондентов, чьи дети посещали занятия в общеобразовательной школе, отметили, что их ребенок нуждается в помощи тьютора. В заключении ПМПК (психолого-медико-педагогической комиссии), которое выдается каждому ребенку с ограниченными возможностями здоровья и соблюдение которого является по закону обязательным для школ, такая рекомендация была у 42% опрошенных.

На практике предоставили услугу в общеобразовательной организации в 12,7% случаев (с полными результатами исследования можно ознакомиться по ссылке).

Как посредник

Тьютор — профессия очень молодая. Запрос на таких специалистов начал формироваться после 2013 года, когда в России было введено инклюзивное образование. Официально требования к ней были сформулированы в 2017 году, когда для этой профессии был принят профстандарт, рассказала «Известиям» директор Института проблем инклюзивного (интегративного) образования МГППУ Светлана Алехина.

— Тьютор отвечает за индивидуальное сопровождение обучающегося с ограниченными возможностями здоровья, потому что тьюторское сопровождение — одно из специальных образовательных условий, которые определяет медико-педагогическая комиссия.

И это та рекомендация, которая является обязательной для исполнения образовательной организацией вне зависимости от того, есть в этой школе тьютор или нет, — поясняет собеседница издания.

Обещанного ждут: когда родители попадут в реанимацию к детям-инвалидам
Семьи все еще борются за право быть рядом с маленькими пациентами
В отличие от ассистентов-помощников это человек с педагогическим образованием.

Его задача — спроектировать индивидуальный образовательный маршрут с учетом потребностей ребенка, помочь ему адаптироваться к новой обстановке и поддержать в учебе, а главное, вовлечь в совместную работу представителей учебного заведения, родителей и близких людей.

В одиночку тьютор не решит всех задач, он работает в команде и усиливает эффект от действий других специалистов, подчеркивает в разговоре с «Известиями» директор Института детства МПГУ, дефектолог Татьяна Соловьева.

— Иногда у людей складывается ощущение, что если появится тьютор, он решит все проблемы ребенка. Но тьютор усиливает эффект от сотрудничества междисциплинарной команды. Он помогает ребенку вовлекаться в учебу и удерживаться в образовательном процессе. Но если не будет вовлеченных педагогов в классе, не будет других необходимых специалистов, тьютор будет бессилен, — обращает внимание она.

Окончательное решение о том, нужен ребенку тьютор или нет, принимает психолого-медико-педагогическая комиссия. Там же определяют необходимую форму обучения и перечень других специалистов, необходимых для реализации этой программы.

— Чтобы учитывать индивидуальные особенности ребенка, надо их знать. Не каждый педагог-предметник может в это погрузиться. И для этого, конечно, нужен тьютор как посредник, — рассказывает Светлана Алехина.

Эксперт рассказал об адаптации детей с инвалидностью к обучению в инклюзивной среде
В числе тех, кому из-за особенностей здоровья такая помощь будет необходима в первую очередь, — дети с двигательными нарушениями, нарушениями эмоционально-волевой сферы (это, например, дети с расстройствами аутистического спектра) и дети с синдромом Дауна, которым может быть очень сложно выстроить отношения со сверстниками в начале обучения, перечисляют специалисты.

При этом, подчеркивает Светлана Алехина, тьютор «работает на то, чтобы в какой-то момент ребенок стал самостоятельным», научился самостоятельно вовлекаться в учебу, осознавать свои потребности и перестал нуждаться в помощи сопровождающего.

«Задачи, связанные с развитием ученика»

Система подготовки таких специалистов еще не сформирована, поэтому спрос на них существенно превышает предложение, говорит Татьяна Соловьева.

В России действуют специальные магистерские программы, рассчитанные на людей с педагогическим образованием, но предлагают их далеко не в каждом вузе. Кроме того, есть программы профессиональной переподготовки, позволяющие действующим педагогам получить дополнительную квалификацию. Этот вариант, по мнению собеседницы издания, является наиболее эффективным.

В МГППУ магистерскую программу по подготовке тьюторов ежегодно проходят около 20 человек, две программы повышения квалификации — еще около 200 человек, рассказывает Светлана Алехина. Около половины слушателей — родители детей с особыми потребностями. Вторая по численности группа — педагоги с опытом.

— Они уже видят ценность индивидуального в образовании, понимают, что это очень глубокая, очень интересная задача — посвятить свою работу не классу, а конкретному человеку, — рассказывает собеседница издания.

Однако для того, чтобы тьютор действительно смог помочь ребенку, необходимо присутствие и двух других «базовых» для инклюзивного образования специалистов — дефектолога и специального психолога, напоминает Татьяна Соловьева. Без комплексной работы, по ее мнению, ребенок просто не сможет удержаться в образовательном процессе.

— Посадить его в класс можно, обеспечить эмоциональный комфорт можно, но если рядом не будет специалиста, который знает скрытые от глаз педагогов особенности и их причины, такой ребенок со временем продемонстрирует настолько стойкие трудности, что его переведут на домашнее обучение, что сегодня случается недопустимо часто, — обращает внимание она.

Развитие самой профессии важно для всей системы образования, прежде всего потому, что она работает на его индивидуализацию, уверена Светлана Алехина: «Мы все привыкли к тому, что педагог передает академические знания, но на сегодняшний день в школе есть педагоги, которые выполняют другие задачи. Задачи, связанные с развитием ученика».

Специальные образовательные потребности

Несмотря на то что проблема активно обсуждается на федеральном уровне, пока полноценное инклюзивное образование в большинстве регионов остается труднодоступным, рассказала «Известиям» федеральный куратор направления «Образование» Всероссийской организации родителей детей-инвалидов Ольга Седых. Связано это, по ее мнению, в первую очередь с отсутствием необходимого финансирования.

— Возможность получать образование инклюзивно, совместно с другими обучающимися, то есть в составе группы нормотипичных детей, прописана в законе «Об образовании» как государственная гарантия. Но финансирование этой государственной гарантии — это расходное обязательство субъекта Российской Федерации.

Ввиду того, что у нас разное финансовое положение субъектов, и ввиду того, что у нас совершенно разные люди управляют этими субъектами, по-разному определяя приоритеты в регионе. А также учитывая тот факт, что у нас отсутствуют санкции за неисполнение федерального законодательства, в регионах не предусматривается дополнительное финансирование именно на специальные образовательные потребности, — поясняет собеседница издания.

Единственным регионом в России, который полностью обеспечил государственные гарантии в сфере образования и предоставил полноценную возможность всем нозологическим группам обучаться инклюзивно, остается Волгоградская область, рассказывают в ВОРДИ.

Средства на решение этих задач там были выделены после того, как представители организации самостоятельно перевели положения федеральных актов в обоснованные экономические показатели и передали полученные цифры в региональное правительство.

В конце 2019 года ВОРДИ представила результаты работы в регионе председателю комиссии по делам инвалидов при президенте РФ Александре Левицкой. Комиссия рекомендовала Министерству просвещения проработать этот опыт.

Летом прошлого года Министерство просвещения направило в субъекты письмо с приложением всех модельных расчетов для упрощения работы регионов. Однако, несмотря на поддержку, высказанную на федеральном уровне, за прошедший год ситуация в регионах практически не изменилась, говорит Ольга Седых.

Где-то, в частности в Калмыкии и Липецкой области, были приняты точечные меры — например, по финансированию работы нескольких ресурсных классов. Однако речь идет о необходимости построения системной модели финансирования образовательных услуг для детей с особыми образовательными потребностями, подчеркивает собеседница издания.

— Все остальные факторы заложены в вопросы финансирования. Например, повышение квалификации — часть подушевого норматива финансирования. Если на это нет средств и они не были выделены в рамках финансирования, значит, педагоги не пройдут повышение квалификации, которое им необходимо для того, чтобы обучать таких детей, — перечисляет Ольга Седых.

— Если нет финансирования, школа не может взять на работу дефектолога, логопеда, психолога, социального педагога, специалиста по адаптивной физкультуре для того, чтобы полноценно сопровождать реализацию адаптированной образовательной программы.

Евгения ПРИЕМСКАЯ

iz.ru

Фото: tass.ru, ria.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован