35 лет аварии на Чернобыльской АЭС

26 апреля, и связанную с ним годовщину катастрофы на Чернобыльской АЭС по-разному встречают в Беларуси, России, Украине и пограничных с ними европейских странах, куда дотянулся радиоактивный чернобыльский след

Для государств-участников СНГ это Международный день памяти жертв радиационных аварий и катастроф. Отмечается с 2002 года. В России с 2012 года это еще и День участников ликвидации последствий радиационных аварий и катастроф. В обиходе — День ликвидатора.

В Москве и других крупных городах России к 35-й годовщине аварии на ЧАЭС приурочен выход на экраны еще одной авторской интерпретации тех событий «в характерах и лицах» и с тем же непритязательным названием — «Чернобыль». Не претендуя в художественном фильме на документальность изложения, режиссер и продюсер этой картины Данила Козловский с высоты своего понимания дал шанс что-то понять и задуматься тем, кто пришел в этот мир уже после Чернобыля.

А те из нас, что родились ДО, были участниками и свидетелями событий 35-летней давности, в таких интерпретациях себя по большей части не узнают. Или — узнают с большим удивлением. Тем, кого реально, по жизни зацепила эта беда, напоминать о ней специально не надо. Проблема в другом.

«О Чернобыле не забыли, его просто не поняли» — эти слова-прогноз белорусской писательницы Светланы Алексиевич сегодня еще более актуальны, чем 10-15 лет назад.

И не только потому, что вслед за Чернобылем мир пережил «Фукусиму», а Беларусь, может, более всех пострадавшая от радиационных последствий аварии на ЧАЭС, построила атомную станцию на своей территории. И первый ее энергоблок уже пущен в эксплуатацию.

Развитие атомной энергетики, утверждают ее сторонники, невозможно остановить, как невозможно остановить научно-технический прогресс. Оспорить этот тезис можно, опровергнуть — навряд ли.

При нынешнем уровне требований к проектированию, строительству, эксплуатации гражданских объектов атомной энергетики, подконтрольных МАГАТЭ, можно с уверенностью говорить, что в потенциальном отношении они не более опасны, чем большие производства химического профиля, биотехнологического, металлургического, или, например, гидроэлектростанции с напорными плотинами. Однако везде, и атомная отрасль не исключение, был, есть и будет оставаться «человеческий фактор».

Ошибка оператора. Осознанное или бессознательное нарушение регламентных процедур — одним человеком или группой: дежурной сменой, бригадой, вахтой, экипажем. А сегодня плюс к этому — незнакомые прежде киберугрозы, когда невидимые злоумышленники могут взломать сверхзащищенные системы управления, устроить блэкаут для мегаполиса или вывести из строя особое производство, как это случилось недавно в Иране.

Теперь, когда авария в Чернобыле разобрана «по косточкам» специалистами из разных стран, не вызывает, как было вначале, сомнений тот факт, что помимо «человеческого фактора» у нее были и родовые причины — проектно-технологические и конструкторские.

Напомню, что по итогам первоначального расследования были признаны виновными и приговорены судом к различным срокам заключения директор Чернобыльской АЭС, главный инженер, его заместитель, начальник реакторного цеха, начальник смены, а также инспектор Госатомэнергонадзора, согласовавший проведение рискованного эксперимента в ночь с 25 на 26 апреля 1986 года.

Через пять лет после случившегося, в 1991 году, комиссия Госатомнадзора СССР пришла к заключению, что «авария приобрела катастрофические масштабы вследствие неудовлетворительной конструкции реактора РБМК-1000». В результате осужденные по делу должностные лица были освобождены до истечения назначенных им сроков заключения. А реакторы этого типа, получившие эпитет «чернобыльские», угодили в черный список. И нигде больше они не вводились.

Пятый и шестой энергоблоки с реакторами РБМК-1000 на Чернобыльской АЭС достраивать не стали. На Курской АЭС сначала «заморозили» строившийся там пятый энергоблок, а потом, после долгих споров и сомнений, решили отказаться от ввода его в строй, несмотря на высокую степень готовности и затраченные на это средства.

Первый, второй и третий энергоблоки Чернобыльской АЭС, вновь запущенные после дезактивационных работ внутри и на прилегающей территории, вырабатывали электроэнергию до 15 декабря 2000 года. Последним в этот день был остановлен энергоблок №3. Первый и второй заглушили, соответственно, в 1996 и 1999 годах.

Игналинская АЭС в Литве с двумя более мощными энергоблоками РБМК-1500 под давлением Евросоюза без видимых на то технических причин была закрыта волевым решением Вильнюса. Первый энергоблок остановили в конце 2004-го, второй — в конце 2009 года.

В России — на Курской, Ленинградской и Смоленской АЭС — девять энергоблоков с реакторами РБМК-1000 продолжают работать по сей день. А на то место, где 35 лет назад случилась большая беда и откуда ударила — где прямо, где рикошетом — по миллионам человеческих судеб, тянет словно магнитом любителей острых ощущений.

Несмотря на высокий уровень радиационного загрязнения рядом с площадкой Чернобыльской АЭС и столь же опасные «пятна» в 30-километровой зоне отчуждения, туда едут, плывут, проникают звериными тропами граждане разных возрастов и национальностей. Рядом находятся те, кто не прочь на любопытстве чужаков подзаработать.

Еще в 2010 году властями Украины были официально разрешены экскурсии в зону отчуждения Чернобыльской АЭС. Как тогда же писали, это сделали для привлечения дополнительных средств на содержание чернобыльской зоны, чтобы в перспективе «вывести ее на уровень самоокупаемости».

Прокуратура, СБУ, украинская полиция и МЧС периодически скандалили между собой, кто и как должен этот турпоток контролировать, а он год от года возрастал. Поначалу фиксировали две-три тысячи таких визитеров в год, а уже через пять-шесть лет число экстремалов перевалило за 15 тысяч. Причем, шесть-семь из каждых десяти были иностранцами.

Что удивительно, они умудрялись и умудряются проникать не только на площадку самой ЧАЭС, но и внутрь технических помещений 3-го и 4-го энергоблоков. А контрольные приборы, датчики, переключатели с пультов управления и друге мелкие детали уже давно «вырваны с мясом» и разошлись, распроданы на артефакты…

Год назад, в апреле 2020-го, когда в Чернобыльской зоне бушевали пожары и огонь подступил почти к самой станции, о званых и не званых визитерах вновь заговорили на всех уровнях. С огнем в конце концов справились — спасибо за помощь дождям. А вместе с огнем угасло и внимание к сталкерам-визитерам в Чернобыль, вымершую Припять и брошенные деревни в зоне отчуждения…

Свежего масла в тлеющий огонь только что подлил украинский художник Анатолий Гайдамака, который известен как автор проекта мемориального комплекса «Звезда Полынь» в Чернобыле.

Теперь он замахнулся на большее — предлагает свезти в 30-километровую зону ЧАЭС все демонтированные памятники Ленину и прочие «знаки-символы советской эпохи», которые лихорадочно сносят по всей Украине в рамках политики «декоммунизации».

К этому дню, по неофициальным подсчетам, с постаментов сброшено более 2 тысяч таких памятников. И чтобы добру не пропадать, им предлагают «украсить» площадку Чернобыльской АЭС имени В.И. Ленина и ее окрестности в радиусе 30 километров. Лучшего места, считает Гайдамака, для «музея тоталитарного режима» и музея «холодной войны» просто не найти…

Не знаю, что сказала бы на это Светлана Алексиевич, но в своей предыдущей оценке она, как никогда, оказалась права. Чернобыль до конца так и не поняли. Но на все лады, кто как может, предлагают о нем забыть.

Александр ЕМЕЛЬЯНЕНКОВ

rg.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован