Омутнинск стал нам домом на четыре военных года

Жанне Мельгуновой на днях ей исполнилось 90 лет, она родилась в Ленинграде и в 10-летнем возрасте вместе с семьей приехала в эвакуацию в Омутнинск. Сейчас она живет в США в Калифорнии, однако у нее остались теплые воспоминания о годах, которые прошли здесь в Омутнинске. Жанна хочет выразить благодарность жителям города за теплый прием и спокойную жизнь без бомбежек и страха. Мы публикуем письмо Жанны, которое она прислала в редакцию «ОВ+».

Жанне Мельгуновой исполнилось 90 лет

Я родилась и росла в Ленинграде. Когда началась война, правительство издало приказ об эвакуации детей из Ленинграда. Моей маме удалось получить эвакуационные документы на меня, брата, бабушку и тетю Ульяшу. Наш эшелон был последним. Враги полностью окружил Ленинград – выехать было бы невозможно. Мы даже пережили налет фашистского бомбардировщика на наш эшелон под Тихвином.

В городе Кирове нас пересадили на теплушки, и так мы проехали до Яра. Здесь мы сели на пассажирский поезд, и так доехали до станции Стальная в г.Омутнинске. Кроме моей семьи с нами были еще друзья с детьми, всего 14 человек, семеро взрослых и семеро детей. Мы были первыми эвакуированными в Омутнинск.

Приезд в Омутнинск

Я очень ясно помню наш приезд. Было часа 3 или 4 дня. Нас встречали у поезда на станции Стальная представители правительственных организаций с приветствиями. Потом всех рассадили на транспорт. Это были большие плетеные из прутьев корзины-телеги. Нас разместили в школе в конце улицы Коковихина.
Там все было подготовлено для нас: застелены кровати со всем необходимым и прочее. Мы разместились по комнатам. Это были классные комнаты, но летом школы были на каникулы. Потом нас отвезли в столовую. Здесь нас ждали, столики были накрытыми. Все были очень приветливы и гостеприимны.

После ужина нас отвезли назад в школу. Это была наша первая спокойная ночь с начала войны. Я помню, что больше всего поразило меня в эту первую ночь – огромное ясное небо, луна, звезды, окна без затемнений и тишина и покой. Нет самолетов, нет дирижаблей, нет сирен бесконечных, нет тревоги, так было все годы войны. Мы были спасены от опасностей войны, бомб и снарядов и голода и холода страха и смерти.

С самого приезда в Омутнинск наша жизнь была распланирована, о нас позаботились, нас приняло руководство Омутнинска. И сами жители приняли нас, как желанных, а мы так же хорошо и с благодарностью приняли их заботу.

На следующее утро нас отвезли на завтрак в столовую, а потом в баню. Среди нас были в основном дети и женщины. Брату было 14 лет, его отвезли в отдельную маленькую комнату, где он мог спокойно помыться. Так все до маленьких деталей было продумано и организовано. Я помню баню: шайки, скамейки, мыло, полотенце – все было там, и не было большой разницы с баней в Ленинграде.

Съемная квартира

Потом нас разместили по домам. Местные жители должны были потесниться и сдавать нам комнату и право пользоваться кухней. Нас поселили в дом на ул. Коковихина 69. Хозяйку звали Мария Матвеевна. Ее муж был на фронте, а сыновья Вася и Гриня стали моими первыми друзьями.

У нас была большая и светлая комната, два окна сбоку выходили на улицу в палисадник, одно окно выходило в другой палисадник, в середине стоял стол вокруг несколько стульев. В центре дома была большая квадратная русская печь, ее стенки выходили в разные комнаты топка – в кухню. Мы с мамой спали в одной кровати, которая стояла у печки. Мишина кровать стояла у боковой стенки. Ульяша спала на полу. А бабушка спала в маленькой комнате рядом.

В доме была большая парадная комната, они называли ее зал. Там никто не жил. На стенках висели фото и два больших портрета нашей хозяйки, ее мужа в подвенечной одежде. В комнате стояли диван, стол со стульями сервант с красивой посудой. Наш дом был просторный светлый удобный. Только уборная была во дворе, и там было холодно зимой. Рядом с ней без перегородки жила коза красивая белая коза. Я ее побаивалась.

Часть двора была с крышей. Там стояли штабелями дрова у стенки с полу до потолка хозяин заготовил их еще до войны, так что его семья была обеспечена на многие годы. За домом простирался огород. Там же стояла баня – домик с дверью и окнами, выходившими на огород. Баня топилась по-черному: дым не выходил в трубу, а входил в саму баню и согревал ее, но стенки были черные, нельзя к ним было прислониться. Там же стирали белье.

На огороде росли разные овощи на деревьях яблоки. Нам было все ново и интересно, но ко всему надо было приспособиться. Зато жить было безопасно, это главное.

Работа

По приезде в Омутнинск маме надо было устроиться на работу. По профессии она была пианистка, но пока об этом надо было забыть. И эта часть нашей жизни была организована. Маму отвезли в исполком, где выяснили ее умения. У нее было прекрасное образование и энергия, очень хорошая дикция и способности к журналистике. Когда все это узнали, ей предложили работу диктором на местном радио, а также она должна была писать очерки о местной жизни в городе и в близлежащих деревнях. Это оказалось очень удачным. Эту работу мама проводила всю войну вплоть до нашего отъезда.

Вскоре ей предложили другую дополнительную работу заместителем начальника отдела кадров на ОМЗ. Это была тоже очень ответственная и напряженная работа. Но мама выполняла ее очень хорошо и проработала так до конца войны. Начальником отдела кадров была Александра Николаевна Шереметьева эвакуированная из Ленинграда. Когда нам надо было возвращаться в Ленинград, Шереметьева ее не отпускала, она не хотела остаться без мамы. Поэтому они уехали в один и тот же день.

Так мама работала на двух работах, а в промежутках давала частные уроки музыки. Несмотря на такую занятость у нее всегда хватало времени и энергии на наше воспитание. Она следила за нашими домашними заданиями за тем, с кем мы дружим, за нашим здоровьем и прочее. Наша Ульяша тоже устроилась на работу в горячий цех на ОМЗ. Она была молодая сильная и хотела эту работу, потому что был хороший паек. Позже она перешла жить в общежитие. Бабушка помогала попадье и возилась с ее внуками.

Школа

Важным моментом нашей жизни было записать нас в школу. Мы решили, что будем учиться в школе №2 на ул. Свободы. Мама записала меня в 4 класс, а Мишу в 8 класс. Занятия начались 1 сентября. Теперь у меня появились настоящие подруги. Мы дружили всю войну. У нас образовалась своя компания, очень хорошо помню их: Это Яя Керова, которая жила на ул. Коковихина, у водокачки. Женя Шубина жила напротив. Нюра Власова, Зоя Катаргина, Алла Бояринцева и я часто собирались у Яи Керовой дома. Девочки рассказывали страшные истории, а потом боялись идти домой, провожали друг друга, пели песни, смеялись, зимой катались с горки.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован