Виктор Мельников: Мы все были одинаковые: холодные, голодные, вшивые, золотушные

Бывший металлург, член районного общества инвалидов Виктор Мельников – уроженец Залазны. До сих пор он бережно хранит в семейном архиве школьную фотографию своего военного детства. Мужчина уверен: дети войны нужны были, когда после войны поднимали государство из руин, а теперь не нужны.

– Это дети войны. В классе нас было за сорок человек, – вспоминает Виктор Петрович, показывая старый черно-белый снимок. – Здесь далеко не все. Знаю и помню всех. В живых нас осталось двое.

Виктор Петрович родился в начале войны в Залазне.

– Я родился, когда папку везли в вагоне поезда на фронт, – вспоминает мужчина. – Как нам потом рассказывали, от новости, что у него родился сын, он прыгал до потолка. На тот момент у меня уже была старшая сестра. К сожалению, ее уже нет в живых восьмой год. Отец и мамин брат оба пришли с фронта живыми.

Виктор Петрович вспоминает, что на начало войны в большом семействе было пятеро довоенных детей:

– Нас у мамы двое и у маминого брата трое. Отцы ушли на фронт. Родители забрали нас и пришли в дом к бабушке и дедушке. Если бы не они нам бы не выжить было. Анна Ивановна умница, Александр Андреевич умный был, до революции в шахте работал. Они умницы были. И было нас всех девять человек. Дом был небольшой. Мы все дети выросли на палатях. Спали на дерюге. Отец две войны прошел. Сапером был. И вот ведь как получилось – я тоже сапером был. История повторяется.

Память многое стерла. Однако яркие моменты детства навсегда остались в памяти. Среди воспоминаний доброта а и забота бабушки.

– Наша бабушка не выходила из кухни. – вспоминает омутнинец. – Всех надо было накормить. На столе стояла селенка, выдолбленная из липы, где она месила тесто. Ели папушки. Это все осталось в памяти. А выручала нас корова. Вот мы и выжили.

В конце войны Виктор заболел дистрофией. Мама повезла сына в больницу. Вспоминает:

– В Залазне была врач Катерина Ивановна Мальцева. Врач от Бога. Старые люди помнят ее. Она дала маме горсть рису, приговаривая: «Отпоишь, живой будет».

Болезнь сильно подкосила маленького Виктора, да так, что отнялись ноги. Хромота преследует мужчину до сих пор.

– Как сейчас помню: у нас под окном стоял большой тополь, братья и сестры рядом бегают, а я не могу. В прошлом году ураган повалил этот тополь.

Война кончилась. В 1947 году отменили карточки на хлеб. Люди думали: сейчас будем ести до сыта. Но жили все плохо.

– Отец вернулся с войны живой, прошел финскую, отечественную войну. Прожил пятьдесят пять лет. Война забрала все здоровье. У мамы на фронте погибли два брата: Василий на фронт ушел из мартена добровольцем. Погиб под Тулой. Дядя Миша погиб, оставив жену и троих детей.

С особым трепетом вспоминает Виктор Петрович школьные годы: учились с керосиновыми лампами. Первая учительница была Александра Арсентьевна Мельникова:

– Одежда была плохая, замерзали, морозы были за 40 градусов, в школу ходили в резиновых сапогах, а дома – в лаптях.

Все мы дети были одинаковые: холодные, голодные, вшивые, золотушные. Первое яблоко я съел, когда мне было двенадцать лет. Угостил одноклассник – Володя Смагин. Им посылка пришла из Украины. Это были пятидесятые годы.

После окончания семи классов Виктор Петрович пошел работать в леспромхоз, потом три года отдал службе в армии. А после армии пришел на завод, где проработал до самой пенсии.

– Когда началась война, моему деду было за семьдесят, – вспоминает мужчина. – Когда я подрос, дед мне сказал: «Эх, внучек, внучек. Голодное детство, больная старость».

Слова мудрого, повидавшего жизнь деда Виктор Петрович запомнил на всю жизнь. Особенно актуальны они сейчас, когда «Дети войны» фактически не нужны государству.

– Когда после войны дети поднимали государство из руин, нужны были, а теперь не нужны, – показывая статью в одном из федеральных изданий, где говорится о том, что Дума в восьмой раз не приняла закон о «Детях войны». – В других регионах кое- какие льготы есть. А у нас нет ничего. О нас, о детях войны власть предпочитает молчать, даже не поминает. Хотя средства можно взять в фонде национального благосостояния. Видимо, никому это не надо. Нам осталось жить- то немного.

Был у мамы брат Георгий Александрович Соболев. Пришел с войны живой. На фронт его забрали из 9 класса. Направили в Глазов, в школу офицеров. Оттуда – на украинский фронт. Командовал взводом, потом ротой. Прошел всю войну. Был ранен в грудь. Ранение пробило легкие. Осколок сидел в спине под кожей. Так с ним и умер. Наград у него было очень много: вся грудь была в орденах и медалях.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован