В Самарской области сироты получили долги по кредиту матери

Для этого их назначили наследниками по решению суда, хотя никто из них на это не претендовал

В Самарской области суд передал четырем сиротам и их опекунам долги по кредиту матери, умершей несколько лет назад. Всего около 100 тыс. рублей.

Уникальность ситуации заключается в том, что трое несовершеннолетних детей и один взрослый сын фактически вынуждены были вступить в права наследования по решению суда, настаивают активисты, представляющие их интересы. Подробнее об этой истории и о том, можно ли оказаться наследником против своей воли, — в материале «Известий».

Три года ждут

У Олега Исатова — старшего из детей — инвалидность II степени. Его мать лишили родительских прав вскоре после рождения ребенка, и после этого вплоть до совершеннолетия он жил в интернатах, рассказывает Антон Рубин, директор общественной организации «Домик детства», в которую Олег не так давно обратился за помощью.

По достижении совершеннолетия молодой человек, по словам общественного активиста, переехал в квартиру, предоставленную государством. Сейчас единственный его доход — пенсия по инвалидности.

Позднее у женщины родились еще трое детей — две сестры и брат Олега. Все они на сегодняшний день являются несовершеннолетними. До 2016 года они жили вместе с матерью в Похвистневском районе Самарской области. В 2016-м женщина умерла, все дети были переданы в приемные семьи, где воспитываются до сих пор.

Зимой прошлого года все четверо узнали, что вместе с опекунами становятся наследниками матери, скончавшейся три года назад, и должны выплачивать оставшиеся после нее долги — 28,9 тыс. рублей по кредитной карте и 74,5 тыс. рублей по потребительскому кредиту.

Оба кредита были оформлены в Сбербанке. В 2019 году, спустя три года после смерти женщины, банк обратился в суд, чтобы взыскать долг. В одном из решений, опубликованных на сайте Похвистневского районного суда, отмечается, что наследственное дело было открыто на основании заявления истца. При этом в документе отмечается, что сами наследники «к нотариусу с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство не обращались».

Опекуны несовершеннолетних сестер и брата просили об отсрочке выплаты, но получили отказ на основании того, что несовершеннолетие ответчика не является для этого достаточным основанием, пишут «Такие дела» со ссылкой на имеющийся в их распоряжении документ.

Бумага есть, обращение есть, решение принято

Получается, что сироты фактически стали наследниками поневоле, подчеркивает в беседе с «Известиями» Антон Рубин, директор общественной организации «Домик детства», который рассказал о сложившейся ситуации в своем аккаунте в Facebook после того, как к нему за помощью обратился Олег Исатов. По мнению активиста, молодого человека «практически принудили стать наследником».

То же самое относится и к его несовершеннолетним сестрам и брату, считает юрист фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Павел Денисов, по просьбе издания ознакомившийся с одним из решений суда.

— Основное при обжаловании тут (не видя апелляционного определения, а видя только решение суда первой инстанции) — то, что на несовершеннолетних возлагают обязанность принять наследство. Притом что по закону наследование — это право, а не обязанность, — поясняет он.

Ситуация, в которой людей неожиданно «назначают» наследниками (чаще всего это происходит для взыскания долгов покойного), для России достаточно стандартная, объясняет «Известиям» адвокат Вера Ефремова.

По закону, граждане имеют право отказаться от наследства (как от долгов, так и от полагающегося им имущества покойного) — для этого необходимо сразу подать заявление об отказе от наследства.

Кроме того, если человек в принципе не обращается к нотариусу и не открывает так называемое наследственное дело, считается, что в свои права он не вступил и без его ведома сделать его наследником нельзя.

На практике всё складывается иначе, чаще всего в силу «безответственности суда», не изучившего всех обстоятельств дела, отмечает собеседница издания.

— Банк, не вдаваясь в подробности, идет в суд и взыскивает долг. В идеале, суд в этот момент должен затребовать наследственное дело и посмотреть, вступал ли кто-то в наследство, осталось ли оно у человека вообще, какое это имущество. На практике обычно никто этого не делает — бумага есть, обращение есть, решение принимается. Потом уже, когда начинается исполнительное производство, начинают узнавать, что там в действительности за ситуация, — продолжает она.

В том числе, по ее словам, бывают случаи, когда наследником назначается человек, ранее написавший заявление об отказе от наследства: просто потому, что суд не изучил эти бумаги.

Еще есть понятие фактического вступления в наследственные права — например, если наследники после смерти человека просто продолжили жить в его доме или в квартире.

Так, в Похвистневском районе суд сослался на то, что дети, зарегистрированные с матерью, «фактически приняли наследство». Однако из того же документа следует, что они к этому моменту жили по другим адресам, младшие — вместе со своими опекунами, старший — в собственной квартире.

Не услышали опеку

В решении суда также упоминается оставленное женщиной имущество — дом в сельской местности, в одном из населенных пунктов Похвистневского района, в котором женщине принадлежала лишь одна из нескольких долей, а также два участка, один из которых также находится в долевой собственности.

Никто из детей и их опекунов, по их словам, о существовании этого имущества не знал и о правах на них не заявлял, рассказывает Антон Рубин.

— Олег говорит, что мать жила в квартире, не приватизированной. Что касается дома, приемные родители <несовершеннолетних> съездили туда, посмотрели и увидели, что это просто развалюха в полуаварийном состоянии, которая стоит намного меньше кадастровой стоимости, заявленной в суде. Его невозможно продать за ту сумму, которая указана судом, чтобы погасить долги, — настаивает он.

Подобные решения по наследству, отмечает адвокат Вера Ефремова, нужно обжаловать в вышестоящих инстанциях — учитывая, что часто они принимаются с нарушениями, можно добиться их отмены. И Антон Рубин, и опрошенные «Известиями» юристы согласны, что у сирот и их представителей для этого были основания. Однако, объясняет активист, отведенные на подачу апелляции сроки истекли.

— На мой взгляд, оно составлено абсолютно безграмотно и его можно было бы легко побить в апелляции. Но, к сожалению, Олег обратился к нам слишком поздно, этот путь для нас закрыт, — рассказывает он.

«Контрольным» вопросом, заслуживающим особого внимания, эту историю в разговоре с «Известиями» назвала Елена Клочко, член Совета по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ, глава Всероссийской организации родителей детей-инвалидов (ВОРДИ).

— По существу органы опеки, безусловно, контролируют имущественные сделки, имущественные распоряжения подопечных и так далее. В этом смысле в этой ситуации они тоже должны присоединиться — потому что в приемные семьи дети очевидно попадали через органы опеки и попечительства. Поэтому опека должна вмешаться, — отметила она.

Ранее органы опеки выступили в суде в защиту трех несовершеннолетних, однако суд не принял во внимание их доводы, отмечает Антон Рубин. «Известия» также обратились в аппарат уполномоченного по правам ребенка по Самарской области с просьбой прокомментировать ситуацию, однако к моменту публикации материала ответа на запрос не получили.

Системной защиты нет

С ситуацией, когда сироты против своей воли становятся наследниками, получая и обязательства по кредиту, она сталкивается впервые, говорит Елена Клочко. Намного более распространенными, как отмечают собеседники «Известий», являются случаи, связанные с «переданными» детям долгами родителей за ЖКХ.

Антон Рубин, в свою очередь, приводит в пример историю, которая произошла в Самарской области только в конце прошлого года. Тогда приемные родители, взявшие двух девочек, недавно потерявших мать, через некоторое время узнали, что должны выплатить около 2 млн рублей долга по ипотеке.

В их случае, однако, наследственное дело действительно было открыто. Это сделал официальный опекун, директор интерната, в котором девочки находились до попадания в семью.

Оспорить долг приемные родители не смогли, но и от детей отказываться не стали. Вопрос пришлось решать напрямую с банком — сейчас им удалось достичь договоренности, согласно которой покрыть долг должна выставленная на торги квартира матери.

Тем же путем общественники пошли и в случае с четырьмя сиротами — они начали поиск компромисса с организацией, выдавшей кредит. Это пока единственный работающий способ решения таких проблем.

При этом, подчеркивает директор общественной организации «Домик детства», формально банки в этих случаях действуют по закону. Сложность заключается в том, что в законодательстве не предусмотрено никакой защиты для несовершеннолетних, оказавшихся в подобной ситуации.

— Долги на детей-сирот вешают часто. При этом вообще не важно, общались они с родителями или нет. Формально ребенок может быть наследником, даже если мать бросила его при рождении. Так положено по закону. То есть системной защиты для них нет. И в каждом случае решения приходится искать точечно, — резюмирует он.

iz.ru

Фото: tass.ru, ria.ru, depositphotos.com

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован