Плохой прогноз погоды: Российские спутники теряют орбиту

Почему Росгидромет попал в космическую зависимость от американцев

У России нет необходимого количества спутников для обеспечения независимости в получении информации о космической погоде.

Такое заявление в интервью РИА «Новости» сделал замдиректора по научной работе Института прикладной геофизики академика Федорова Росгидромета Владимир Минлигареев.

Сейчас у РФ в космосе четыре метеорологических спутника с гелиогеофизической аппаратурой: три «Метеора-М» (они, по словам ученого, передают информацию шесть раз в сутки), и «Электро-Л», работающий в режиме реального времени.

Но этого, как он выразился, шокирующе мало. Поскольку необходимо порядка четырнадцати.

«Тогда у нас будет до 80%-90% собственной информации о Солнце и космической погоде», — отметил Минлигареев.

Пока же Росгидромет вынужден получать дополнительные данные с зарубежных спутников, в основном, американских. Но все равно не может (из-за отсутствия своих спутников) оперативно предсказать опасные гелиогеофизические явления, а это грозит значительным экономическим ущербом для страны.

Ранее на проблемы с российскими метеоспутниками жаловался (теперь уже бывший) глава Росгидромета Максим Яковенко, который в одном из интервью обратил внимание на тот факт, что только треть целевой спутниковой аппаратуры, которая используется для получения метеорологической информации, функционирует нормально.

Так, в чем проблема? Что, в конце концов, мешает нам — стране с богатейшей историей освоения космоса — произвести и вывести на орбиту нужное количество этих метеоспутников?

— Конечно, это комплексная проблема, — комментирует ситуацию научный сотрудник НИИЯФ МГУ, заместитель главного конструктора комплекса научной аппаратуры Василий Петров. — Это не только проблема Роскосмоса или Росгидромета. Или тех организаций, в том числе, и нашего института, кстати, которые поставляют приборы для этих спутников.

Многое, наверное, упирается в деньги. Если сравнивать нас, например, с американским агентством NOAA (Национальное управление океанских и атмосферных исследований — ред.) с аналогичными функциями, то в России бюджеты несопоставимо меньше.

А, с другой стороны, да, конечно, проблема назрела. Мы, со своей стороны, в том числе, в сотрудничестве с Институтом прикладной физики (ИПГ) предлагаем какие-то альтернативные варианты.

Хотя и госпрограммы есть по метеоспутникам. Но они достаточно растянуты по времени. Не хватает ресурсов.

Но даже если все организации, которые поставляют те или иные части космических систем, наземные обслуживающие комплексы, создают сами аппараты, полезную нагрузку для них, просто «залить» деньгами, все равно невозможно в одночасье в разы ускорить изготовление таких сложных комплексов.

«СП»: — Какую альтернативу предлагаете вы?

— Мы предлагаем, со своей стороны, делать спутники поменьше и попроще. Может быть, они будут не такими комплексными, но часть вопросов мы, таким образом, сможем закрыть быстрее.

Например, у нас совместно с тем же ИПГ прорабатывается группировка «Универсат-СОКРАТ», где мы наши большие космические аппараты, в том числе и метеорологические (скажем, более комплексного гелиогеофизического назначения) будем дополнять малыми, вплоть до размеров кубсатов (формат сверхмалых искусственных спутников — ред.) с отдельными небольшими приборами, чтобы обеспечить по части измерений дополнительными данными.

Конечно весь необходимый комплекс мы этим не закроем, но, по крайней мере, часть наблюдений можно вполне себе таким образом вести.

«СП»: — Насколько можно понять, проблема метеоспутников возникла не сегодня. Почему же тот же Роскосмос до сих пор ее не решил. И кто вообще должен был этим заниматься?

— За Роскосмос говорить не могу. У них тоже есть какие-то свои программы, свои планы. И эта проблема, видимо, не была в приоритете.

Наверное, они сконцентрированы в большей степени на чем-то другом.

Нынешние проблемы — это результат того, что в нашей стране с начала девяностых творилось по всей коллаборации. И организаций, которые делают спутники, и организаций, которые обеспечивают их целевой и научной аппаратурой. И организаций, которые обрабатывают эти данные.

Везде чего-то не хватало — ресурсов, денег, людей, каких-то знаний, возможно. Все это накапливалось, накапливалось, и в итоге мы сейчас имеем острую нехватку космических аппаратов для метеорологических наблюдений.

«СП»: — У нас, действительно, на орбите три «инвалида», как выразился однажды о группировке российских метеоспутников научный руководитель Гидрометцентра Роман Вильфанд?

— Я бы не стал все же называть наши спутники «инвалидами». Просто их недостаточно.

Понимаете, если работоспособность некой системы рассчитана, к примеру, на 8−10 аппаратов, а из них запущено — два, то, естественно, данные у вас будут обрывочные, недостаточные, не создающие полной картины.

То же самое будет, если у вас недостаточно спутников на орбите по какому-то направлению, скажем — наблюдений. Спутник ведь не может прыгать, как зайчик, с одной точки на другую.

Он движется по определенной орбите, и его нельзя как-то особо ускорить или замедлить. Но у него есть такая характеристика, как период, через который он вернется в одно и то же место. И сможет его осмотреть.

Вот если этот период, грубо говоря, сутки или двое, то быстрее он его все равно не осмотрит снова. Соответственно, это «окно» надо заполнять чьими-то другими данными. Данными, которые мы получаем по международным каналам обмена информации. Дело в этом.

«СП»: — Кстати, Росгидромет совместно Национальным центром космической погоды Китая планирует создать глобальный центр космической погоды. С учетом наших проблем, каковы перспективы у такого проекта?

— У подобного сотрудничества всегда есть перспективы. Поскольку такие глобальные вопросы очень сложно решать одному и главное поддерживать — на это дело тратятся безумные ресурсы.

В обслуживание одного большого аппарата задействованы сотни людей. А в его подготовке к пуску и самом пуске — вообще тысячи людей из соответствующих организаций.

Поэтому, если есть возможность получить какого-то надежного партнера, с которым можно на взаимовыгодных условиях скооперироваться и потом успешно сотрудничать, то этим надо пользоваться.

Руководитель института космической политики Иван Моисеев, в свою очередь, смотрит на проблему довольно пессимистично:

— В свое время мы, как страна, которую называли космической державой, пообещали Всемирному метеорологическому союзу свои спутники — кстати, все данные по метеорологии и гидрометеорологии со спутников других стран он нам предоставляет сегодня бесплатно.

Они на эти спутники рассчитывали. Рассчитывали, что улучшатся прогнозы погоды, и всем будет хорошо. Но обещание мы не выполнили. По разным причинам — приборы устаревшие, малонадежные, короткоживущие.

Разумеется, Росгидромет этим очень недоволен. Поэтому при каждом удобном случае он это недовольство высказывает.

И понять их можно. Проблема ведь не решается. Более того, качество спутников снижается, они регулярно ломаются на орбите. Но об этом не говорят.

К сожалению, профессионалов в космической отрасли у нас постепенно вытесняют люди, которые проблем отрасли не знают, и решать их не умеют. Поэтому опасаюсь, как бы не было еще хуже.

svpressa.ru

Фото: tass.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован