Лидия Болдырева: «Летом во время войны мы жили хорошо»

Детство Лидии Ивановны прошло в Омутнинске. Отца мобилизовали в первые дни войны, но до фронта он не доехал, о чем семья узнала уже спустя годы от его друга, который заехал к матери после войны. Как оказалось, поезд, где они ехали на фронт, разбомбили.

У матери Лидии Болдыревой осталось трое детей, четвертая девочка умерла в трехлетнем возрасте в начале войны. Старшей сестре было 12 лет, Лиде — 10, а брату — 7 лет. Жили они в малаговской части города в крошечном домике. Мать работала на заводе по 12 часов. Старшую дочь, она тоже устроила на работу, как только ей исполнилось 14, девочка работала по 6 часов. Двое младших оставались дома и заботились о пропитании.

«Бывало, что не было ни дров, ни еды, ни денег, вспоминает Лидия. — Летом было полегче, а зимой очень трудно. После школы брали санки и шли в лес за ветками, сучками, которые остались от тех, кто рубил дрова».

Вторая забота детей была прибраться и приготовить обед. Хлеб получали по карточкам по 400 грамм, как иждивенцы, а матери было положено 800 грамм. Картошку за первую зиму съели всю, запасов не осталось, соседи им давали очистки, чтобы дети не умерли с голоду. Из очисток дети варили похлебку. Во время войны никакую домашнюю живность в семействе не держали, поскольку кормить ее было нечем.

«Огород у нас был большой, и чтобы его засадить, нужно было много картошки, а ее не было. Приходилось сажать очистки, которые нам отдавали соседи. Пока картошка растет, мы ее подрывали и ели, но за стол никогда не садились, пока мама не придет с работы».

Летом жизнь детям нравилась больше, чем зимой, хотя бы тем, что еду можно было найти везде: «Сначала постоим в очереди за хлебом, который давали по карточкам. Потом идем с ребятами за пестиками, из них варили похлебку. Когда будет совсем тепло, подросли пиканы, мы собирали их и варили. Потом наступает черед ягод и грибов, тогда уже мы бывали сытыми».

Дети научились вязать носки, вязали их для себя и для фронта. В шестой школе был госпиталь, и ребята часто ходили туда и пели солдатам песни, летом приносили букетики земляники для солдат. Уже когда Лида подросла, она поняла, что солдаты не ягоды и песни ждали, а именно их самих. Они подкармливали детей, то куском хлеба, то чем-нибудь еще.

Зимой шла заготовка дров в делянках. Там их рубили, пилили и складывали, а потом надо было их вывозить. Платить за вывоз нам было нечем, приходилось вывозить самим. «Однажды мы приехали за своими дровами, а их уже кто-то вывез. В эту зиму нам было очень страшно, и если бы нас не забирали ночевать к себе родственники, то неизвестно, как бы мы выжили».

День, когда объявили по репродуктору Победу, Лидия Ивановна запомнила хорошо. «Когда объявили, что война закончилась, мне дочки эвакуированных инженеров, которые учились в моем классе, дали две шоколадные конфеты. Я после этой новости пробежала несколько кварталов бегом от дома до Павловского моста, а девочки выбежали из домов мне навстречу, и каждая дала по конфете. Я принесла эти конфеты домой, и мы их разделили со всеми, когда мама пришла с работы».

Школу Лидия закончила уже после войны в 1948 году. Их выпуск был первым после Победы. Всю свою жизнь до самой пенсии женщина проработала на заводе. Сейчас она живет вместе со своей дочерью в поселке Восточный.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован