С села по нитке

Референдумы о самообложении граждан набирают обороты

narod

В минувшее воскресенье в Татарстане прошли четыре местных референдума о сборе с населения денег на строительство дорог, установку освещения и благоустройство кладбища.

За последнее время подобных голосований состоялось в республике уже несколько сотен, проходят они и в других регионах. В условиях кризиса и сокращения финансирования муниципальные власти стремятся увеличить доходы своих бюджетов, однако, как выяснили «Новые Известия», добровольно раскошеливаться граждане готовы не всегда.

С начала марта этого года в поселениях Татарстана было организовано уже более 500 референдумов о самообложении, на которых жителей спрашивают, готовы ли они внести определенную сумму для решения конкретных вопросов местного значения.

Четыре таких референдума прошли в республике в воскресенье, один из них – в Малобугульминском поселении, где власти предложили каждому совершеннолетнему гражданину внести по 300 рублей на обустройство парковой зоны, освещение парка, благоустройство родника и ремонт дорог.

Правда, после того, как на референдум приехали наблюдатели, он был признан несостоявшимся из-за того, что явка на нем оказалась ниже 50%.

Помимо Татарстана референдумы о самообложении широко распространены в Пермском крае и Кировской области – на эти регионы приходится примерно 70% таких мероприятий.

Как сообщил на прошлой неделе кировский губернатор Никита Белых, в его регионе в 2015 году самообложение было введено в 148 поселениях, в результате чего было собрано 11 млн. рублей. В Татарстане же референдумов в прошлом году состоялось более 800.

Чтобы жители охотнее решались раскошелиться, власти вводят институт софинансирования: на каждый собранный рубль из бюджета в Татарстане добавляется четыре рубля, в Пермском крае – пять рублей, в Кировской области – 1,5 рубля.

Информация об этом, выделенная жирным шрифтом, была замечена и непосредственно на избирательных участках, в чем наблюдатели усмотрели признаки незаконной агитации.

«Гражданам прозрачно намекают, как надо голосовать. Мы отправляли данные, однако прокуратура документы вернула и к каким-либо последствиям это не привело», – сообщил «НИ» координатор движения «Голос» Александр Грезев.

Другая проблема, которую выявили наблюдатели на референдумах о самообложении, это вопрос обеспечения явки. «24 апреля на моем было только 25% пришедших. На втором участке было более 50%, но в итоге все равно не набрали 50%», – рассказал «НИ» г-н Грезев, следивший за голосованием в Малобугульминском поселении.

По его словам, аналогичная ситуация была и 10 апреля, когда наблюдатели присутствовали на референдумах в татарстанских поселениях Дачное и Усадское, и в результате они также были признаны несостоявшимися (явка 11% и 23,6% соответственно), при том что в прошлом году подобные мероприятия успешно там проходили и явка от других поселений ничем не отличалась.

«Там, где нет контроля, избирательные комиссии могут злоупотреблять своими полномочиями, потому что инициаторами референдумов являются администрации, и они заинтересованы в том, чтобы эти референдумы состоялись. Ведь они затрачивают на них деньги и хотят эти деньги оправдать, обязав людей сброситься по 200, 300, 1000 рублей на решение социальных вопросов», – сказал «НИ» сопредседатель движения «Голос» Григорий Мельконьянц.

Однако даже в случае, если референдум признан состоявшимся, далеко не все граждане готовы отдать деньги из своего кармана. Так, в конце февраля в городе Агрыз в Татарстане прошло голосование о сборе по 200 рублей на благоустройство и освещение территории, вырубку деревьев и ремонт памятников, однако к середине апреля из 10 тыс. жителей, подлежащих самообложению, деньги сдали лишь 1 тыс. человек.

В среднем, по данным республиканских властей, собрать удается около половины от запланированной суммы. В результате 8 апреля региональное правительство внесло в Госсовет Татарстана законопроект, в котором предложило наказывать неплательщиков штрафом – от 1–2,5 тыс. рублей для физлиц до 50 тыс. рублей для должностных лиц и до 1 млн. рублей – для юридических лиц.

«Если референдум признан состоявшимся, это обязывает всех жителей выплатить по 200, 300, 1000 рублей, и это наряду с тем, что люди и так платят налоги со своей зарплаты и доходов. Например, все село сбрасывается на оборудование тротуаров на одной из улиц, хотя и непонятно, кто решил, что именно на этой улице их нужно сделать», – рассказал г-н Мельконьянц.

При этом если сами граждане пытаются инициировать референдум, в том числе по вопросам строительства или экологии, им часто отказывают по тем или иным основаниям, однако по обложению граждан никаких проблем не возникает. «Получается, что по вопросам, которые действительно волнуют граждан, референдумы не проводятся, а по отъему денег – легко», – подчеркнул эксперт.

За последние два года референдумы по самообложению также организовывались в Алтайском и Красноярском краях, Амурской, Курганской, Оренбургской областях. Активнее использовать эту возможность, с 2003 года предусмотренную законом «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», в начале этого года также призывал губернатор Самарской области Николай Меркушкин.

С сентября добровольные платежи могут быть введены в Челябинской области. «Инициативы по этому поводу звучат, но каждый муниципалитет должен решать индивидуально – выйти с предложением, сформулировать вопросы и провести разъяснительную работу среди жителей», – сказал «НИ» глава Ассоциации муниципальных образований Челябинской области Юрий Гурман.

Впрочем, он выразил сомнение в успешности подобного рода формализованных затей. «Вот я сельский житель, живу на своей улице в грязи и без дороги, и у меня спрашивают, готов ли я скинуться на тротуар в соседнем селе (а в сельском поселении по несколько сел)?

Конечно, нет. Если же говорить об общих вопросах, которые касаются всех жителей, – например, благоустройстве кладбища, то тут и референдума не надо – все пойдут и сбросятся. В форме пожертвования, без всякого референдума», – предположил г-н Гурман.

В то же время, констатировал он, иногда для администрации поселений самообложение и добавляемое к нему софинансирование из регионального бюджета – значимый источник дохода.

«За последние два года с уровня сельских поселений изъяли массу вопросов, а вслед за ними забрали и финансы. В результате на все 19 тысяч сельских поселений (а это 152 тысячи населенных пунктов и 98% территории РФ) выделяется лишь 111 миллиардов рублей», – посетовал г-н Гурман.

Между тем на пресс-конференции в конце прошлой недели глава комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Дмитрий Азаров опроверг информацию о серьезном падении доходов муниципалитетов.

«Доходы муниципальных бюджетов снизились, но снизились очень незначительно – на 0,3%. Региональные же бюджеты увеличились – на 5% рост их доходов. Поэтому не все здесь так грустно, как кажется со стороны», – заверил г-н Азаров журналистов.

Однако Гурман назвал приведенную статистику лукавством. «Когда говорят, что на местном уровне ничего не поменялось, это означает, что забрали деньги у поселений и отдали муниципальным районам. Но только районы – это уже не совсем МСУ. Ну да, с территории РФ деньги не ушли, но то, что местного самоуправления поубавилось, – это уже никого не волнует», – сказал г-н Гурман.

newizv.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован