Здравоохранение со смертельным исходом

Больницы превращаются в крематории в результате пожарной модернизации Минздрава.

Массовая гибель пациентов в подмосковной больнице или голодовка медиков в Удмуртии заставляют сомневаться в разумном расходовании бюджета здравоохранения. Тревогу вызывает удивительная закономерность: и пожару в больнице, и голодовке врачей предшествовало вовсе не сокращение финансирования, а напротив – выделение дополнительных миллионов на пожарную безопасность и миллиардов на повышение зарплаты.

Парадоксально, но при увеличении госрасходов реальная ситуация на местах не улучшается, а ухудшается. Этот парадокс испытали на себе голодающие педиатры из Ижевска. Почувствовали его и сгоревшие пациенты больницы, где только что была профинансирована модернизация противопожарных систем.

Напомним, что в конце апреля при пожаре в Московской областной психбольнице в поселке Раменский погибли почти все больные – 38 человек. Огонь вспыхнул ночью, и пламя быстро охватило одноэтажное деревянное здание. Первые пожарные прибыли с большим опозданием из-за непроезжих дорог и удаленности от пожарных депо. Поэтому сегодня чиновники продолжают искать виноватых. И спорят: через сколько минут сработала местная сигнализация, как быстро медики позвонили пожарным и через сколько часов последние добрались до уже сгоревшей больницы.

Между тем глава Минздрава Вероника Скворцова заявила на пепелище, что модернизация системы противопожарной безопасности этой больницы в прошлом году обошлась бюджету в 9 млн. руб. На эти деньги должны были закупаться раздвижные решетки на окна и противопожарные колпаки-капюшоны. А деревянные конструкции должны были пропитать специальным огнеупорным составом – цитирует РИА Новости госпожу Скворцову. Как могли помочь при пожаре малоподвижным пациентам раздвижные решетки или колпаки-капюшоны – министр объяснять не стала.

Слова Скворцовой вызывают очевидный вопрос: можно ли было потратить эти 9 млн. руб. более разумно? Ведь деньги не маленькие – почти 300 тыс. долл. На них можно было, например, установить автономную водяную систему пожаротушения, которая спасла бы жизнь всех пациентов еще до приезда пожарных. При желании на эти деньги можно было даже построить новый больничный корпус взамен старой и опасной деревянной постройки. Но, похоже, у больничных модернизаторов были другие интересы. И тот факт, что больница фактически была обречена, – никого не интересовал. Главное было правильно освоить бюджет.

Точно такой же бюджетный принцип просматривается и в истории ижевских врачей, которые пытались достучаться до начальства больше трех месяцев, но добились внимания Минздрава лишь начав голодовку.

Общее финансирование медпомощи за первый квартал в стране увеличилось на 26% при сохранении всех стимулирующих выплат – отрапортовала президенту Путину глава Минздрава. Но почему при таком росте расходов реальные заработки у многих врачей не увеличились, а снизились? Почему врачи жалуются, что их «заставляют работать по 10–12 часов в сутки, тратя ради сдельщины на одного ребенка по 5 минут»? Внятных ответов на эти вопросы медики так и не получили. До начала скандала с голодовкой никакой реакции властей просто не было. Между тем проблема была очевидна для всех, кто хотел ее увидеть.

Истории ижевской голодовки или сгоревшей раменской больницы показывают, что общественная польза от расходования казенных денег чиновников сегодня просто не интересует.

ng.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован