Нам не хватает желания желать

Эксперты “РГ” – о конфликте в Демьяново.

Андрей Кончаловский, режиссер

То, что произошло в крошечном, затерянном в лесах поселке, нельзя рассматривать отдельно от происходящего во всей стране. Пусть это капля, но по ней ясно видно, в каком состоянии находится весь океан.

Еще Чехов говорил, что русскому человеку не хватает желания желать. Конечно, это касается не каждого представителя русской культуры. Русские бывают разными. Россияне с удивлением смотрят на своих соотечественников, которые, уехав за границу, оказываются вдруг деятельными, энергичными, успешными людьми – всем на зависть. Но уезжают именно те, кто не может жить на одной волне с большинством, те, кто хочет, несмотря на риск и трудности, строить свою жизнь.

Такова русская ментальность: русский человек, как правило, привык к тому, что его “живут”, а не он проживает жизнь. Двадцать лет назад, пять лет назад, два года, неделя – все повторяется. И так будет до тех пор, пока мы не изменим свой духовный код. Нужно думать о строительстве нового русского человека. Это самая сложная задача из всех, что стоят перед страной. Изменить человека намного сложнее, чем построить синхрофазотрон. И нельзя возлагать эту задачу на интеллигенцию. Что она может одна?

Она только твердит о необходимости перемен. Нужна политическая воля.

Хотя события в Демьяново произошли на прошлой неделе, я на эту тему высказался еще двадцать лет назад, когда снял фильм “Курочка Ряба”. Люди иной культуры, которая подразумевает другой этический код, как ни странно, успешно и продуктивно работают в России. Возьмите корейцев, китайцев, работающих на российской территории, возьмите татар. К моему глубокому сожалению, их умение работать резко выделяет их на фоне окружающего местного населения. И здесь возникает то, что называется крестьянской завистью: более успешный сосед вызывает неприятие у людей менее успешных.

В Демьяново к крестьянской зависти примешивается еще и национальный колорит. В окружении людей другой культуры представители любой национальности начинают действовать более сплоченно, объединяются для самозащиты. Что здесь добавить? Получается, что добавлять нечего.

Валерий Тишков, директор Института этнологии и антропологии РАН

В конфликте, на мой взгляд, камнем преткновения стали не столько национальные и религиозные различия, сколько нежелание делиться ресурсами. Представьте себе небольшое сообщество людей, жизнь которых тесно связана с окружающими лесами, – охота, рыбалка, собирательство для них не последний источник дохода. И так они живут из поколения в поколение. Люди, делающие деньги на вырубке леса, уже не вызывают у местного населения особенно теплых чувств, тем более если эти люди – чужаки.

Владелец лесопилки, как и любой бизнесмен, едва ли запросто общается с простыми жителями, рабочими, он держится отчужденно. На своей лесопилке, за высокими заборами он не только успешно делает деньги, но и устанавливает свои правила. Вот вам еще причина для недовольства местного населения. Здесь и зависть, и простая обывательская неприязнь к людям другой культуры и национальности. Напряжение накапливается капля за каплей, достаточно одной искры, чтобы вспыхнул конфликт. А пьяная драка – это просто идеальная “искра”.

Вдобавок люди уже знают, что в других уголках страны местные жители дают отпор “захватчикам” – в СМИ широко освещаются подобные конфликты. Так почему бы не последовать примеру? Мобильная связь, машины, достаточно доступное оружие – все это позволяет быстро собрать людей и объединить в боевую группу.

И подобные конфликты происходят по всей стране. Что делать? Хорошо бы все-таки законодательно обязать людей уважать местное население в тех районах, куда они приезжают. Удастся ли нам решить эту проблему с помощью закона?

Мне приходилось бывать на Аляске. В крошечном местном аэропорту, рассчитанном чуть ли не на один самолет, всех приезжих обязали оставить алкоголь – местная община приняла сухой закон на своей территории. Там также нельзя, например, вывозить охотничьи трофеи: ты можешь получить разрешение на охоту, но не можешь вывезти шкуру убитого медведя. И подобных примеров, когда законы местной общины поддерживаются на государственном уровне и соблюдаются без исключений, в мире немало.

Желание людей защитить то, что они считают своим, совершенно естественно. Думаю, его неплохо бы поддержать на государственном уровне. Конечно, нельзя допускать, чтобы люди устраивали побоища из-за клочка земли, нужно подойти к вопросу разумно. К слову, сегодня в России можно заметить всплеск гражданской активности на местном уровне. СМИ порой создают ощущение, что людей в нашей стране объединяют только рюмка или кулак. На самом же деле уже сегодня во многих регионах существует немало проектов и инициатив, которые стоило бы поддержать.

конфликт

Сагра-Демьяново… Следующая станция?
Конфликты разных национальностей или разного отношения к жизни

Вчера управление Генеральной прокуратуры в УрФО приступило к изучению обвинительного заключения предъявленного 23 членам банды, напавшей на Сагру.

Как сообщил официальный представитель СК РФ Владимир Маркин, всем нападавшим предъявлены обвинения по статье 209 УК РФ (бандитизм) и 212 УК РФ (организация массовых беспорядков).

С момента этого резонансного происшествия под Сагрой, когда местные мужики вынуждены были с топорами и охотничьими ружьями защищать жизнь своих семей и земляков, прошел почти год. В память о той страшной ночи деревенские жители установили в сосновом лесочке при въезде в поселок простенький “мемориал” – деревянный пограничный столб, символизирующий надежную защиту от врагов.

– Канонада той ночью стояла как на войне, – вспоминает местная жительница Галина Котельникова. – На нас приехали жути нагнать, хотели спалить наши дома из-за того, что не живем по их законам.

Как следует из материалов дела, поводом для нападения на Сагру стал конфликт между жителями поселка и цыганской семьей Лебедевых. При этом уже в ходе следствия выяснилось, что главный зачинатель разборки, известный местным жителям как Сергей-цыган по фамилии Красноперов, на самом деле являлся Вячеславом Лебедевым.

Он около 15 лет числился в федеральном розыске и жил в поселке по поддельным документам. При этом умудрялся заключать договора на рубку леса, вести строительство и диктовать сельчанам свои законы.

При этом умудрялся заключать договора на рубку леса, вести строительство и диктовать сельчанам свои законы. Для того чтобы припугнуть не подчинявшихся местных жителей, Лебедевы позвонили своему родственнику – троюродному брату Ивану, который отбывал девятилетний срок за торговлю наркотиками в нижнетагильской колонии, и попросили за 30 тысяч рублей организовать карательную экспедицию в поселок.

Участники банды обзвонили знакомых и собрали около 30 человек. Вооружившись обрезом охотничьего ружья, травматическим оружием, бейсбольными битами, металлической арматурой и ножами банда на 13 автомобилях отправилась в поселок. Но отпор, устроенный деревенским ополчением, был для нападавших полной неожиданностью: одного члена банды подстрелили, а двое получили ранения.

А для жителей Сагры неожиданностью оказалось, что в трудную минуту правоохранительные органы не поспешили на помощь. Первые представители силовых структур появились через час после боя. Почему сотрудники местной полиции не владели ситуацией и не среагировали на предупреждения местных жителей, сейчас разбирается Верхнепышминский городской суд.

На скамье подсудимых два сотрудника местного отдела МВД – участковый Вадим Зайниев (Сагра – один из трех поселков, за порядок на которых отвечал участковый) и начальник милиции общественной безопасности межмуниципального отдела МВД России Верхнепышминский Сергей Зиновьев.

Обвинение настаивает, что поселковый участковый “ненадлежащим образом исполнял свои обязанности”. Накануне вооруженного конфликта к капитану Зайниеву обратился житель Сагры, сообщив, что цыган с приятелями пригрозили убийством. Но участковый не только не сообщил в местное ОВД о готовящейся “стрелке”, но и сам предпочел отправиться к родителям в Башкирию.

По нашим сведениям еще до судебного решения Вадима Зайниева “наказали” по службе: сняли с должности поселкового участкового, но из системы МВД не уволили, а устроили… участковым, в одном из районов города Верхняя Пышма. А вот бывший в то время начальником Верхнепышминского ОВД полковник Марат Халимов судебного разбирательства сумел избежать, хотя должности лишился.

Суду на ближайшем заседании предстоит опросить свидетелей. Их в деле о “халатности полицейских” – 113 человек, большая часть – жители Сагры. Если вину стражей правопорядка докажут, им грозит лишь штраф до 120 тысяч рублей или исправительные работы.

rg.ru

Фото с сайта vk.com

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован