Мечтать не вредно

От красивых цифр, выстроенных как надо, жить в России лучше не станет.

Заявлять амбициозные цели — давняя привычка Владимира Путина. Некоторые из них удается достичь, о некоторых российские власти предпочитают забыть. Идя на свой третий срок, старый-новый президент объявил о новом ориентире, который следующий раз, судя по всему, он упомянет не скоро. Выступая в Государственной думе, Путин отметил, что, «по нашим оценкам, уже в ближайшие два-три года Россия войдет в число пяти крупнейших экономик мира по паритету покупательной способности».

Согласно данным МВФ, сегодня Россия находится на 6-м месте — следом за Германией; наш ВВП определен в $2,39 трлн., немецкий — в $3,09 трлн. Считается, что мы недавно обогнали Бразилию ($2,31 трлн.), Великобританию ($2,25 трлн.) и Францию ($2,22 трлн.). Простое арифметическое действие говорит о том, что Россия может обогнать Германию через 5–6 лет, и то в случае, если немецкая экономика будет стагнировать, а российская — расти ежегодно на 3,9–4,3%, как в прошлом году. Однако все это мало что говорит о реальном развитии российской экономики — как минимум по трем причинам.

Во-первых, само понятие «паритет покупательной способности» — вещь довольно условная. Если в этих терминах Россия имеет ВВП в $2,39 трлн., то при пересчете его с учетом реальных валютных курсов показатель снижается (по данным того же МВФ) до $1,48 трлн. Говоря простым человеческим языком, это означает, что стоимость жизни в России почти на 40% ниже, чем в Соединенных Штатах.

Иллюстрацией этого считается так называемый «индекс бигмака», сравнивающий цену сего диетического продукта в разных странах мира в национальных валютах и пересчитывающий отклонения «реального» валютного курса от номинального. По состоянию на январь 2012 г. этот показатель составил для России как раз искомые 39%. Однако люди потребляют не только продукцию фирмы «Макдоналдс».

В то же время бензин в России сейчас дешевле американского не более чем на 4–6%, электроэнергия для населения — дороже на 2%, цена газа на внутреннем рынке полностью совпадает, автомобили аналогичных марок дороже у нас почти на треть, продукты питания в гипермаркетах практически совпадают по цене, а большинство позиций бытовой и электронной техники в России заметно дороже, чем в Америке.

Если предположить, что наша страна действительно обладает ВВП в $2,39 трлн., окажется, что на каждого россиянина приходится $16,7 тыс. в год, или 493 тыс. руб. по текущему курсу. Непосредственные доходы населения в большинстве стран мира колеблются между 60% и 75% ВВП — следовательно, эта цифра означает среднедушевой доход в 320 тыс. руб. в год, или в 26,7 тыс. руб. в месяц для каждого жителя страны, включая младенцев и стариков (которых больше трети населения). Госкомстат же дает цифры средней зарплаты в 2011 г. в 24,3 тыс. руб., а средней пенсии — в 8,6 тыс. руб.

Все это показывает условность самого избранного метода сопоставления — а если его не применять, то наше положение куда менее впечатляющее: и по данным МВФ, и по данным Всемирного банка, Россия занимает 11-е место, отставая от Германии вдвое, а от собрата по БРИКС, Бразилии, — на треть.

Во-вторых, мало о чем говорит и размер экономики как таковой. Даже если согласиться с подсчетом по паритету покупательной способности, между Россией и Германией сохранятся разительные различия.

Доля промышленных товаров высокой степени переработки в немецком экспорте — 84%, в российском — 12%. Минимальная заработная плата в Германии — €1030, в России 4,6 тыс. руб., средние пенсии — €1270 и 8,6 тыс. руб.; про социальные пособия, выплаты по безработице или инвалидности, медицинские страховки и т.д. лучше не вспоминать.

Зато в России живут 96 долларовых миллиардеров, а в Германии — всего 52.

Экономика России может оказаться больше французской или английской по виртуальному ВВП, но почему-то чувствуют это в основном только владельцы зарубежной недвижимости, уверенно поднимающейся в цене на русском спросе. Пенсионеров же в Воронеже или студентов в Томске сам по себе размер российской экономики не слишком-то греет.

Если ориентироваться только на этот абстрактный показатель, можно мечтать о том, чтобы догнать Индию, которая существенно опережает Россию в любом табеле о рангах, но где 60% населения живут менее чем на $2 в день, половина детей в возрасте до 12 лет постоянно недоедают, а треть городских жителей обеспечена жилой площадью меньшей, чем заключенные в американских тюрьмах.

Размер экономики — странная вещь: по официальной статистике того же МВФ, с 2000 г. он вырос в России в 2,8 раза (с $847 млрд. до в $2,39 трлн. по ВВП), в то время как, например, производство электроэнергии в стране (хорошо отражающее общий экономический рост) повысилось лишь… на 19%. Стали ли россияне жить в три раза лучше при таком абстрактном росте? На этот вопрос пусть ответят они сами…

Наконец, далеко не всякий экономический рост означает развитие. И тут сравнивать, например, российские автодороги с немецкими вообще не с руки. Как и иную инфраструктуру, образование, здравоохранение и социальное обеспечение, а также и многие отрасли промышленности.

Здесь правильнее сравнить Россию с Бразилией — но и тут оснований для оптимизма немного. В 2011 г. Россия произвела 1,71 млн. легковых автомобилей, Бразилия — 3,45 млн.; 11 пассажирских самолетов против 269; сырьевые товары и продукция первичной переработки составили в 2011 г. 74,8% российского экспорта и 34,9% — бразильского. Бразилия тратит на научные исследования 1,1% ВВП (Россия — 0,32%) и планирует довести этот уровень до 2%. Бразильский Petrobras сейчас на основе собственных технологий осуществляет добычу нефти и газа на шельфе с глубины 6900 м, российский «Газпром» не может добыть газ и с 300. Почти 250 тыс. выходцев из бедных семей бесплатно учатся в Бразилии в федеральных университетах, а с 2002 г. в стране проводятся полностью компьютеризированные выборы, к качеству которых нет претензий ни у одной политической силы.

То, что мы видим в России в последние годы, — это инерционный рост без развития, в то время как современная экономическая парадигма в той же Европе все больше склоняется к обратному — к развитию без роста, к улучшению качества жизни без постоянного повышения производственных издержек, материало- и энергоемкости продукции.

Советский Союз и Россия неоднократно ставили перед собой амбициозные цели. В середине 1980-х годов СССР был мировым рекордсменом по добыче нефти и газа, выплавке стали, производству минеральных удобрений, тракторов и комбайнов — и через несколько лет великой страны не стало. В ту эпоху тотального дефицита мы производили шерстяных тканей и вылавливали рыбы вдвое больше, чем Америка, — но народ не видел ни того, ни другого. Так же и сегодня мы можем рассказывать сами себе, что вот-вот выйдем на пятое место в мире. И даже если выйдем, то что?

Есть и более недавний пример. За несколько дней до занятия высшего поста в стране — почти как сейчас — премьер-министр В.Путин в своей знаменитой статье «Россия на рубеже тысячелетий» писал: «Для того чтобы достичь душевого производства ВВП на уровне современных Португалии или Испании — стран, не относящихся к лидерам мировой экономики, — нам понадобится примерно 15 лет при темпах прироста ВВП не менее 8% в год». Задача давно выполнена — но при этом сегодня Португалия опережает Россию по подушевому ВВП «по паритету…» на 39%, а по текущим обменным курсам — на 71%. А уж о Германии и говорить не приходится: уровень жизни здесь по любым меркам выше российского в 2,3–2,6 раза.

Рассуждать можно и дальше; можно и впредь поражать граждан амбициозными планами, но статистика — упрямая вещь. И она показывает, что по «паритетному» ВВП, рассчитанному на душу населения — то есть на каждого из вас, уважаемые читатели, — Россия сегодня не 6-я и не 11-я, а 52-я страна в мире. Мечтать, конечно, не вредно — но мечты должны вести вперед, а не порождать опасное в современном мире чувство самоуспокоенности. Ведь конкуренции и соперничества в экономике и политике пока еще никто не отменял.

mk.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован